Трудно представить себе Грецию без оливковых рощ. Серебристо-зелёные кроны, покрытые сетью морщин стволы, горьковатый запах листвы под жарким солнцем — всё это кажется таким же вечным, как само море. Но за этой привычной картиной скрывается история длиной в несколько тысячелетий, полная легенд, суровых законов, торговых путей и тихой крестьянской работы.
Дерево из легенды
Для древних греков олива была не просто растением. Она считалась даром самой богини Афины, которая, по преданию, вручила первый оливковый росток городу, носившему её имя, как символ мудрости и процветания. Ветвь этого дерева стала знаком мира: её поднимали посланники, просившие перемирия, и те, кто искал убежища у алтарей богов.
Любопытно, что само слово «олива» и её плоды упоминаются уже в поэмах Гомера. В «Одиссее» он рисует картины тенистых рощ, где рядом с яблонями и гранатами растут и маслины. А само оливковое масло поэт называет не иначе как «жидким золотом». Это выражение оказалось пророческим: на протяжении веков масло действительно ценилось на вес золота.
Бронзовый век: масло как валюта
Археологические находки на Крите и в Пелопоннесе показывают, что олива была знакома жителям Эгеиды задолго до расцвета классической Греции. Следы пыльцы, древесины и косточек возрастом около шести тысяч лет говорят о том, что люди начали использовать это растение очень рано. А на Санторине были найдены окаменевшие оливковые листья, которым, по оценкам учёных, около сорока тысяч лет.
Однако настоящий расцвет оливководства пришёлся на эпоху бронзы. Минойцы, жившие на Крите, научились не только собирать плоды, но и выжимать из них масло, которое затем перевозили по всему Средиземноморью в специальных глиняных сосудах — так называемых стремянных амфорах. Эту практику переняли и микенцы, чьи дворцы на материке хранили запасы масла в огромных пифосах. На глиняных табличках, исписанных линейным письмом Б, встречается даже особый идеограмма, обозначающая оливковое масло, которое отправляли в святилища для ритуалов.
Масло тогда было не просто едой. Им освещали помещения, умащали тело перед состязаниями, использовали в качестве парфюмерной основы и даже как лекарство. Гиппократ, которого называют отцом медицины, посвятил оливковому маслу десятки рецептов, называя его «великим целителем».
Законы Солона и священные рощи
С течением времени олива стала настолько важной частью хозяйства, что государство взяло её под свою защиту. Афинский законодатель Солон, живший на рубеже VII–VI веков до н. э., издал законы, регулировавшие посадку оливковых деревьев. Расстояние между ними должно было быть не меньше девяти греческих футов, чтобы корни не мешали друг другу. А за вырубку оливы в Аттике полагался штраф в двести драхм — сумма немалая, если учесть, что деревья в ту пору считались чуть ли не государственным достоянием.
Священные оливы, росшие в рощах Афины, охранялись особенно строго. Именно из их плодов делали масло, которое вручали победителям Панафинейских игр. Победитель получал не только славу, но и вполне материальную награду: расписную амфору, наполненную примерно сорока двумя квартами масла — это около сорока литров! Такие амфоры были настоящим сокровищем, ведь их содержимое можно было выгодно продать.
Кстати, сами оливки древние греки ели далеко не только в маринованном виде. В ходу были «тласти» — расколотые оливки, «алмада» — вымоченные в рассоле, и «дрипепис» — те, что дозревали прямо на ветке. Комедиограф Аристофан даже спорил о том, какие из них вкуснее, а поэт Каллимах упоминал «гергеримон» — сморщенные, почти как чернослив, плоды.
Римский период: экспорт и качество
После завоевания Греции Римом оливковое масло не потеряло своего значения. Напротив, оно превратилось в один из главных товаров, связывавших Средиземноморье. Аттика и Сикион славились количеством производимого масла, а город Тифорея в Фокиде — его исключительным качеством. Часть урожая шла на экспорт, часть — на изготовление благовоний.
Римляне, перенявшие у греков многие культурные привычки, высоко ценили и само дерево. Неслучайно впоследствии, уже в византийские времена, оливковые рощи стали неотъемлемой частью монастырского хозяйства.
Византия: масло для души и тела
В Византийской империи оливковое масло оставалось одним из базовых продуктов питания. Монастырские уставы предписывали выдавать каждому монаху и монахине определённую норму масла на год. Лишали этого пайка лишь в дни самого строгого поста, который назывался «сухоядением».
Иностранцы, посещавшие Константинополь, порой с недоумением отмечали, что византийцы щедро сдабривают маслом почти все блюда. Епископ Лиутпранд из Кремоны, побывавший при императорском дворе, язвительно писал, что угощение показалось ему «довольно мерзким и неописуемым, пьяно плавающим в масле». Что ж, вкусы у разных народов разные, а византийцы, в отличие от западноевропейцев, не заменили оливковое масло животными жирами.
Османское время и новое дыхание
С приходом османов оливководство на греческих землях не угасло. Напротив, в XVIII–XIX веках Крит, Лесбос и некоторые области Пелопоннеса стали крупными центрами производства масла. Ежегодные объёмы достигали миллионов литров. На Лесбосе, например, к моменту окончания османского правления в 1912 году работало более ста механизированных прессов, а также мыловарни, перерабатывавшие отходы производства.
Постепенно менялась и техника. Если со времён минойцев и до середины XX века способы отжима масла оставались почти неизменными, то в XX столетии началась настоящая техническая революция. Появились новые системы посадки, механизированная сборка урожая, современные маслобойни.
Сегодня Греция остаётся одной из ведущих оливковых держав мира. И хотя за окном уже XXI век, в деревнях по-прежнему собирают урожай вручную или с помощью специальных сетей, а в небольших семейных маслобойнях бережно хранят традиции, которым не одна тысяча лет. Олива, пережившая богов и империи, продолжает кормить, лечить и украшать жизнь людей — так же тихо и щедро, как и много веков назад.
